А. И. Герцен и его отношении к хирургии и хирургам

(К 100-летию со дня смерти)

Доктор медицинских наук А. Н. Богоявленский, В. И. Селиванов (Ленинград).

Хирургия журнал им. Н.И. Пирогова 1970

В своей литературно-публицистической деятельности А. И. Герцен уделял большое внимание медицине.

Еще в школьные годы А. И. Герцен страстно хотел учиться врачеванию. У него была мысль даже отправиться для этой цели пешком в Геттингенский университет. Юношеские грезы оставили глубокий след в сознании этого выдающегося деятеля. Им было прочитано множество работ на медико-биологические темы. А. И. Герцену были известны все крупные больницы Западной Европы. Заболев диабетом, он организовал домашнюю лабораторию и исследовал собственную урину. Своих детей великий мыслитель стремился обучать медицине. Его сын Александр стал видным физиологом ХІХ века.

Главными персонажами своих художественных произведений писатель сделал медиков (герои романов Круциферский, Крупов и др.).

Из всех отраслей медицинских знаний Александра Ивановича более всего влекли анатомия с физиологией и хирургия. Последнюю он называл своею «избранницей» и всегда ставил очень высоко. Его интерес к медицине сохранился всю жизнь.

Хирургические науки А. И. Герцен, по примеру Ф. Бекона, называл «адокулярными», ибо здесь нож, как и в анатомии, раскрывал тайники организма «Аще я не увижу, не имам веры» - любил прибавлять к этому Александр Иванович. Недостатки науки, по Герцену - Non vitia hominis, sed vitia saeculi» («Не результат человеческой ограниченности, а - заблуждения времени») А. И. Герцен глубоко верил в прогресс хирургии, предрекал ей большое будущее. Замечательны его слова о том, что хирург - это человек с искрой ума. Из зарубежных ученых-хирургов он особенно высоко ценил Б. Лангенбека, П. Брока, О. Нелатона и Н. Мейера. Последние два приглашались им для лечения Н. П. Огарева и И. С. Тургенева, а нейрохирург П. Брока лечил его семью.

А. И. Герцен учил, что мастерство хирурга, как в амальгаме, должно сочетаться с гуманизмом, полезным служением общественному делу, народу. Характерно, что самыми близкими друзьями Герцена в Лондоне были хирурги политические эмигранты из Польши, Германии, Венгрии, Франции, Италии, России: Ф. Девиль, В. Леве, В. Ф. Нефтель, П. И. Якоби, Бернацкий, Базилио (врач Гарибальди, сопровождавший его в 1864 г. в Англию) и др.

В оригинальной «системе медицины», частично изложенной в «Письмах об изучении природы», путь мировой хирургии А. И. Герцен ведет от Гиппократа и Павла Эгинского через Ибн-Сину и хирургов западноевропейской медиавистики до М. Биша, Д. Ларрея, Н. И. Пирогова.

Однако интересы Родины для А. И. Герцена были дороже всего. В 30-60 годах в России установился жестокий политический режим. Зловещий свист шпицрутенов не умолкал в тюрьмах, на сибирских пересылочных дорогах и даже у церквей и костелов Западной России, где «палачи в сутанах и рясах» «всекали» униатов то в католизм, то в православие. В 1854 г. разразилась Крымская война, в 1863 г. происходило второе польское восстание. Стране крайне нужны были хирурги. Но их было очень мало. Легко представить, насколько глубоко тревожило демократические слои России подобное положение в медицине и в хирургии в частности. К А. И. Герцену, находившемуся с середины XIX столетия за границей, информация из России поступала через самые различные каналы. «Колокол» Н. П. Огарева и А. И. Герцена звучал набатом. Его идеи заполняли умы молодежи. Добро поощрялось, зло изгонялось беспощадно. Царь ежедневно знакомился с «Колоколом». Отдельные номеры журнала передавались им в секретном порядке по министерствам, департаментам.

Деятельность государственных чиновников, в том числе и врачей, рисовалась «Колоколом» в самом неподкупно-объективном свете, потому что журнал этот был иммунизирован от чугунной царской цензуры. Поступавшие в его редакцию сведения издателями всегда скрупулезно проверялись. Герценовская биография медиков – ценнейший источниковедческий клад для истории отечественной медицины. Здесь нет следов казенных формулировок, слащавости, иконописи. Здесь каждому воздавалось должное. Здесь поощрялся только тот, кто приносил своим трудом пользу обществу.

Особо жесткой критике А. И. Герцен подверг лейб-медиков. В подавляющем большинстве они были типичнейшими представителями сановной знати. Им были чужды интересы простого народа. К позорному столбу прибил А. И. Герцен имя лейб-медика Н. Ф. Здекауэра, не постыдившегося предложить применить к студенту Д. В. Каракозову, стрелявшему в царя, вместо пыток электрический стул как «наиболее гуманное средство». Лейб - хирурга В.В. Пеликана за великодержавный шовинизм при расследовании им восстания польского студенчества А.И. Герцен заклеймил прозвищами «мрачного инквизитора», «андреевского шакала», «действительно тайного палача».

Профессора хирургии Московского университета А. А. Альфонского за изгнание из аудитории единственной слушательницы А. И. Герцен называл «гонителем пионеров женского медицинского образования». Несмываемую кличку «плантатора», «представителя накожной хирургии» присвоил А. И. Герцен профессору хирургии Казанского университета Ф. И. Иелаличу, позволявшему в своих владениях измывательства над крепостными крестьянами. Среди отрицательных медицинских деятелей первой величины в перечнях А. И. Герцена имеются и «dei minores» хирургии. Это врачи из дворян – доктор медицины Л.К. Гутцейт, отставной штаб-доктор Озерский. Первый изнасиловал служанку-девочку, второй убил своего повара. Только благодаря «Колоколу» удалось привлечь их к ответственности.

Было бы ошибочным представлять А. И. Герцена везде и всегда грозным судьей А. И. Герцен возводит в гражданскую доблесть поступки рядовых хирургов К. Павловского, сосланного в Сибирь за распространение революционных идей, молодого уездного хирурга де Милорди, разоблачавшего крепостников, истязавших своих рабов. Всякое проявление человеколюбия для А. И. Герцена отрадно, исходит ли оно от профессора или ординарного врача и медицинской сестры.

На щит поднята А. И. Герценом инициатива сестры милосердия В. Скаржинской, которая невзирая на огромный штраф и привлечение ее к «позору бала» открыла в Западном Крае лазарет для лечения раненых польских инсургентов и русских солдат. Руководитель крестьянского движения в Польше, Литве, Латвии и Белоруссии высокоодаренный офицер З. Сераковский всю жизнь с необычным энтузиазмом боролся за уничтожение телесных наказаний нижних чинов. Казнь в 1863 г. в Виньне этого «чистейшего и добрейшего» человека А. И. Герцен отметил некрологом, который произвел на всю передовую европейскую общественность впечатление самого трогательного реквиема тех дней.

А. И. Герцен был в курсе событий на хирургических кафедрах Москвы, Санкт-Петербурга, Казани, Дерпта, Харькова, Вильно, Киева, Варшавы. Ему были известны деловые качества русских университетских хирургов. Он сам и его семья лечились у молодого, тогда еще не «зараженного грибком монархических убеждений» А. А. Альфонского, у хирурга-гинеколога В. М. Рихтера. Он восхваляет хирургическую технику физиолога и анатома И. Т. Глебова, лекции которого слушал еще студентом в столице. Дань уважения воздает А. И. Герцен искусству хирурга Н. Ф. Арендта, лечившего раненого А. С. Пушкина, М. А. Милорадовича. Слова одобрения высказаны им в адрес хирургов В. А. Басова, Ф. И. Иноземцева, Ф. А. Гильтебрандта, доцента А. И. Разцветова и многих других.

Что же касается Н. И. Пирогова, то в «хирургической герцениане» он подан в восторженном облике гения: «знаменитый оператор», «самый эрудированный врач Европы». Выдающуюся общественную деятельность Н. И. Пирогова Герцен уподоблял «свершению великого подвига». Гонение Н. И. Пирогова А. И. Герцен назвал «одним из мерзавейших дел России дураков против Руси развивающейся».

А. И. Герцен страстно желал, чтобы его сын Александр стал во всех отношениях таким же, каким был Н. И. Пирогов. Портрет Н. И. Пирогова в лондонском доме Герцена был помещен на самом сокровенном месте, которое предназначалось для портретов декабристов.

Советский врач не может без чувства величайшего патриотического удовлетворения воспринять сказанное о пиетете отечественного корифея мысли перед корифеем отечественной медицинской науки.

Используемое изображение - Герцен А.И. википеия